Газета «Республика Башкортостан»
29.12.11 | 00:00 НОВОСТИ

Фотофакт Кому приносит радость праздничный разбой?

С самого раннего детства все поколения распевают жалостливую песенку про елочку, которая выросла красивая и стройная, а ее срубили под самый корешок.

И это много-много радости детишкам принесло. По сути своей, варварская мораль. И ладно, если бы словами дело и ограничилось. Увы, каждый год конец декабря означен браконьерскими вырубками зеленых красавиц.

Самые совестливые давно уже призывают пользоваться искусственными деревьями, а если очень уж хочется, ограничиться приобретением еловых веток. И хвойный запах дом наполнит, и лесу урон не будет нанесен. Наверное, мы действительно очень богаты: зеленый щит нашей страны ведь самый надежный, и потому нам не жаль себя любимых баловать. В отличие от жителей благополучных западных стран, которые трепетно относятся к природным богатствам.

Непросто бывает пережить безумные буйства новогодней ночи и бедным животным, которых взрывы фейерверков и петард повергают в самый настоящий стресс. Певица Елена Камбурова, озаботившись беззащитным положением братьев наших меньших, призвала отказаться от беспардонных канонад. Праздник не может быть настоящим, если он способен огорчить хоть одну живую душу. А сколько стариков и малых детей лишены покоя в эту ночь до самого утра?!Может, самый добрый и волшебный праздник в году поможет нам оглянуться вокруг и научит радоваться, не причиняя вреда никому и ничему? И пусть деликатное предновогоднее обращение к людям, которое появилось в эти дни вдоль трассы в Давлекановском районе возле хвойного леса, станет первой ступенькой на пути к новому стилю жизни и чуткого отношения ко всему, что нас окружает.

Ирина НИКОЛЕНКО.

Строка истории Московское метро начиналось в Николо-Берёзовке*Столичный метрострой отметил 80-летний юбилейВ уютной квартире в центре Нефтекамска, разлив по чашкам превосходный чай, Маргарита Сафиевна не спеша листает семейный фотоальбом. Хозяйке есть что вспомнить, о чем рассказать. Дочь секретаря райкома партии и воспитательницы детского сада — у Рашиды Мирзаевны выросла практически вся Николо-Березовка — родилась в грозном 1942-м, через две недели после того, как Сафи Губайдулловича призвали на фронт. После школы, получив диплом финансиста, работала в отделении Госбанка, была среди тех, кто осваивал Южноарланское месторождение нефти. А в 1980-м, когда началось строительство атомной электростанции в Агидели, устремилась туда — настолько загорелась этим начинанием.

— Там я прошла потрясающую школу! — вспоминает сегодня. — К нам приехали лучшие строители Союза, в основном белорусы. Но это тема для отдельного разговора — захватывающего и печального одновременно. А мой роман с метростроем начался в 1988-м, когда я уже работала заместителем председателя исполкома Краснокамского райсовета. Никогда не забуду торжественное заседание, посвященное 70-летию комсомола. Рядом со мной в президиуме сидел Гафият Ишмурзин, в тридцатые годы возглавлявший Калтасинский райком ВЛКСМ, — Николо-Березовка была тогда райцентром объединенного Калтасинского и Краснокамского районов. Так вот, выходя к микрофону, он попросил меня засечь по часам, сколько будет выступать. И рассказал такое, что не только я — весь зал о времени забыл. А именно о том, как набирались-вербовались, если говорить языком того времени, первые отряды строителей Московского метро.

В 1931-м было принято решение о начале строительства. Много спорили о том, каким способом вести работы: открытым или шахтным. Сторонники первого твердили: так дешевле. Отстаивающие второй возражали: так надежнее, точку поставил Сталин: «Считать деньги — это наше дело». Шахтный, или чуть глубинный, способ был утвержден.

Трудно поверить, но даже росчерка пера вождя народов оказалось недостаточно. Работы начинались очень тяжело. Москвичи не спешили лезть под землю, рисковать жизнью и здоровьем. По столице ходили слухи (вполне реальные) о плывунах — неожиданных прорывах грунтовых вод, уничтожающих все живое в шахтах, спасения от которых не было. Рабочей силы не хватало катастрофически, ГУЛАГ еще не обрел своих мегамасштабов. Решено было бросить клич по всей стране. Прибыли столичные гонцы и в Николо-Березовку с задачей набрать человек сто. Уже через несколько дней им на стол легло пять тысяч заявлений. Такой энтузиазм объясняют несколько причин. Первая — все же патриотизм, желание внести свой вклад в общенародное дело. Тогда это были не просто слова.

Но было и другое. Ох, как несладко жилось сельчанам даже в передовом районе. Даже раскаты гремучих лозунгов: «Даешь!», «Вперед!» не могли затмить цепкий крестьянский разум, который не видел впереди реального просвета. А тут — осязаемая возможность жизнь в лучшую сторону качнуть, да и мир заодно повидать. Одним словом, 14 марта 1933 года первые три сотни метростроевцев из Николо-Березовки отбыли в Москву. Провожая их, первый секретарь райкома партии Петр Звездин напутствовал на ударный труд и не предполагал, что новая встреча с отрядом не за горами. Дело в том, что встретили в столице калтасинцев отнюдь не с распростертыми объятиями. Точнее, не встретили вовсе. Помыкавшись целый день на вокзале, они дали в райком короткую телеграмму: «Уезжаем!». Звездин, бросив все дела, ринулся в Москву, в самые большие кабинеты. Забила тревогу и многотиражка «Ударник метростроя» — выходившая, между прочим, пять раз в неделю тиражом 15 тысяч экземпляров. И продолжала бить эту тревогу даже тогда, когда все, казалось бы, утряслось. «Постельные принадлежности для калтасинцев застряли на складах» — таким был заголовок первополосного подвала в многотиражке за 19 апреля 1933-го. Это просила помощи уже вторая партия наших земляков из пятисот человек, по-следовавшая за первой. Вскоре в Москву отправилась и третья — уже 1 тыс. 300 человек. Калтасинская вербовка кадров была признана самой успешной в стране. Еще бы! Из 5 тыс. 800 завербованных за январь — май 1933 года 2100 были нашими земляками — более трети. Вот кто строил самое красивое в мире Московское метро. Здесь, на берегах Камы, его истоки.

Интересный факт: сотрудники газеты во главе с корреспондентом Михаилом Шуром в то время не просто приезжали — жили в Николо-Березовке, выпускали агитлистовки, метро-строй помогал району в проведении сельхозработ, брал шефство над колхозами. Все это было озвучено в отдельном социалистическом договоре, который предусматривал поставки не только рабочей силы, но и продуктов питания для строителей. Конечно, жизни добровольцев завидовать было трудно: изнурительный опасный труд, перенаселенные бараки. Зато одна за другой росли станции, построенные нашими земляками: «Сокольники», «Красносельская», «Комсомольская», «Красные Ворота»... Случай уникальный: ни на одной великой стройке СССР не работало сразу столько посланцев одного района! Кто-то, отработав по договору полгода, возвращался домой, другие оставались еще, многие стали москвичами.

— Упомянутый договор удалось отыскать в Государственном архиве, — продолжает Маргарита Сафиевна. — Он стал результатом поездки Петра Звездина в Москву, его крупного разговора в верхах, после чего была создана специальная комиссия по этому вопросу. Судьба же самого Петра Михайловича трагична — вскоре он был репрессирован. А Гафият Ишмурзин после своего выступления, помнится, сказал мне: «Почему нет музея в районе, где обо всем этом было бы рассказано? Создавайте!»Моя собеседница — человек очень неравнодушный ко всему, что происходит вокруг. Дважды ей повторять не пришлось. За дело взялась вместе с дочерью Мариной. Вскоре ее рабочий кабинет стал напоминать лавку древностей: тут и там лапти, мотыги, предметы обихода. Так создавался историко-краеведческий музей, которым сегодня по праву гордится Николо-Березовка. Открылся он в 1995-м. А вот с материалами о метростроевцах было посложнее. Большую помощь оказал подвижник-краевед, учитель истории Алексей Исекеев, подаривший несколько газет того времени. Из них можно узнать, например, что в 1933-м район по своей инициативе засеял «гектары метростроя», весь урожай с которых пошел в Москву. Той же осенью колхозники отправили в столицу целый состав вагонов с овощами, мясом, маслом для строителей. Москвичи тоже в долгу не остались: прислали провода, изоляторы, аппаратуру для телефонизации района, выделили технику, радиоустановки, походные аптечки для посевной кампании. Мощный двигатель, подаренный ими, долгое время исправно крутил генератор на электростанции в Николо-Березовке.

Со временем Маргарита Сафиевна стала своим, узнаваемым в лицо человеком в Ленинской библиотеке Москвы. Ее без записи на прием встречал заместитель гендиректора Метростроя Игорь Бучинский. Он и замдиректора коммунально-строительного управления метростроя Павел Калинин очень помогли в поисках сведений о наших земляках.

В руках Халиловой — редчайший снимок: в вагоне метро по первой его ветке «Сокольники» — «Парк культуры» едет делегация Башкирии, прибывшая на II всесоюзный съезд колхозников. На лицах — гордое выражение: все это своими руками создали земляки! Для большинства которых метрострой стал школой жизни. Курс метростроевской культуры включил в себя не только ликбез, но и гигиену жилья, основы правильного питания и здорового образа жизни, экскурсии в музеи, посещение театров. Показательно: для незнающих русского издавалась газета на родном языке — «Коммунист метростройда». Особый упор делался на техническую учебу. Молодежь овладевала самыми разными профессиями. В республику нередко возвращались уже весьма подкованные кадры.

«Почему мы об этом почти ничего не знаем?» — не давал Маргарите Сафиевне покоя вопрос, когда она по крупицам собирала уникальный материал. Почему нет стендов в сельсоветах, откуда уезжали люди в Москву? И наконец, посланцы республики вполне заслужили, чтобы в их честь была названа одна из станций. Во-первых, не грех и переименовать одну из действующих. Позволю себе несколько развить ее мысль. Скажем, кем был Войков, имя которого носит одна из станций столичного метро? Террористом, одним из палачей царской семьи. А вот станции «Башкирская» как не было, так и нет. Неужели этого недостойны те, кто отдал молодость, некоторые — и жизнь Московскому метрополитену? В свое время Маргарита Сафиевна достучалась в кабинеты, где принимаются такие решения, вопрос был в стадии изучения. Но известные перестановки в руководстве столицы вновь отодвинули все на второй план. По-юному задорной, боевой, но немолодой уже женщине нелегко действовать практически в одиночку, упираясь зачастую в стену инертности и непонимания. Обозначить республику на карте метрополитена — значит, воздать ей должное, задача эта непростая, но благородная. Помнить о прошлом — долг общий.

Около 26,5 миллиона поездок совершается ежедневно на Московском метрополитене, 305,7 километра — общая протяженность его линий, 185 станций-дворцов встречают пассажиров. Эти впечатляющие цифры назвали на юбилейных торжествах ведущие Илона Броневицкая и Аристарх Ливанов. За ними — громадный труд людей с кайлом и лопатой, с отбойным молотком, шагнувших, не раздумывая, в земные глубины. И в историю.

Андрей НИЧКОВ.

Написать комментарий



Вернуться